Юристы оценили риски отмены новых криптоправил SEC и CFTC через суды

Сразу после провала голосования по законопроекту CLARITY в Сенате Комиссия по ценным бумагам и биржам и Комиссия по торговле товарными фьючерсами поспешили опубликовать собственные правила для криптовалютных рынков.

Спустя два дня после голосования SEC представила пятилетнее исключение, которое разрешает выпуск и торговлю токенизированными акциями. В ответ на это биржа OXK объединилась с ICE для запуска торгов 63 акциями из листинга NYSE, а компания Securitize выпустила 12 собственных токенизированных акций, включая бумаги Apple, Nvidia и Microsoft.

Кроме того, SEC выпустила разъяснения о том, что криптовалютный токен не становится ценной бумагой только из-за того, что проект выкупает собственные монеты, а также подтвердила, что токены ликвидного стейкинга не являются ценными бумагами. Ведомство также предложило новые требования к хранению цифровых активов.

Тем временем CFTC приняла меры по освобождению некоторых разработчиков криптовалютного ПО от требований регистрации. Регулятор предложил ввести новую категорию регистрации под названием рынок криптоактивов и планирует разрешить зарегистрированным биржам предоставлять услуги маржинальной торговли.

Однако участников рынка беспокоит то, что эти правила могут оказаться недолговечными. Аналитики TD Cowen предупредили, что ведомственные нормативы отменить проще всего, что наглядно продемонстрировали назначенное Трампом руководство, стеревшее все следы эпохи Гэри Генслера.

Кроме того, решение Верховного суда 2024 года означает, что судам стало значительно проще аннулировать ведомственные правила.

Брисов: Они обязаны создавать правила. У них есть такие полномочия в соответствии с Законом о ценных бумагах и биржах 1934 года. SEC была создана после масштабного обвала на американских рынках в конце 1920-х годов. С момента своего основания комиссия обладала полномочиями разрабатывать правила и регламенты применения законов. Американское законодательство устроено так, что оно задает общие рамки, за соблюдением которых следит профильный регулятор.

Это было задумано специально для того, чтобы, когда появятся, например, блокчейн-токены, законодательство США было готово к интеграции новых технологий. Комиссия занималась этим на протяжении десятилетий, и это полностью входит в ее компетенцию.

Брисов: На это должны быть веские основания. Теоретически они могут это сделать, но все должно происходить в рамках формирования правовой базы. При Гэри Генслере комиссия пыталась применять эти правила к токенам. В итоге это не принесло успеха, так как нормативная неопределенность сохранилась, а многие компании навсегда покинули американский рынок.

Это дает новому составу комиссии возможность пересмотреть данные правила и заявить, что прежние попытки не сработали, поэтому они предложат собственный подход. Однако полномочия по установлению правил имеют ограничения. Если они введут нормативы, которые возложат на компании непосильное экономическое бремя или покажутся абсурдными, существуют юридические механизмы, позволяющие бизнесу или любой пострадавшей стороне оспорить такие требования в суде и заявить, что действия SEC наносят ущерб рынку.

В 2011 году был прецедент, когда SEC установила новые правила голосования акционеров через представителей. Представители бизнес-сообщества заявили, что это абсурдно, обременительно и неприемлемо для них. Дело Business Roundtable против SEC завершилось победой бизнеса.

Брисов: В некоторых случаях суды могут прийти к совершенно иным выводам.

Нельзя просто заявить, что вам не нравится какой-то норматив. Например, если вы являетесь традиционным брокером-дилером или участником инвестиционного рынка США и утверждаете, что страдаете от новых правил, вам придется доказать, что регулятор провел недостаточно исследований, что требования избыточны для бизнеса и невыгодны для американского рынка. Если факт ущерба и нехватка аналитической работы будут доказаны, суд может отменить такое постановление.

Судя по тому, что я вижу, Пол Аткинс и SEC активно консультируются со многими криптовалютными компаниями и венчурными фондами. Они проводят серьезную подготовительную работу, поэтому эти решения не принимаются за один день.

Брисов: Они обязаны учитывать эти факторы. Если у американского рынка есть потенциал для роста и получения выгоды от таких правил, регулятор не сможет их просто так отменить. И агентства, и суды используют единый алгоритм мышления. Он называется IRAC: проблема, норма права, анализ, вывод. Им необходимо применять понятную и прозрачную логику.

Они не могут просто заявить, что им что-то не нравится. Свои решения необходимо обосновывать. Нужно подводить под них экономическую базу, ссылаться на исследования и доказывать недостаточность прежних мер. И только после этого делать иные выводы.

Чисто гипотезически можно предположить, что Пол Аткинс ненавидит тест Хауи и был бы рад от него избавиться, но он не может этого сделать. В каждом документе он продолжает повторять, что тест Хауи по-прежнему работает и является действующим регламентом в США. Однако в конкретных случаях ведомство может интерпретировать его иначе и открыто объясняет логику таких шагов.

Брисов: Если следовать этим инструкциям, составленным компетентными специалистами, скорее всего, проблем не возникнет. Но это не законодательный акт. Раздел вопросов и ответов представляет собой обычное руководство. Он не имеет юридической силы даже для сотрудников.

Брисов: Это просто дополнительные разъяснения, похожие на сборник судебных прецедентов в университете. Это служебные записки. Руководство, объясняющее сотрудникам, как им следует работать и понимать эти процессы. Их довольно часто переписывают.

Брисов: Совершенно верно, и именно так все и должно работать. Это не законы и не регламенты, их можно менять хоть каждую неделю.